MyBio.ru

семейные архивы


контакты

Валерий Митюшёв. Записки обыкновенного человека

Том первый > Детские годы > Взвейтесь соколы орлами. Война


 

                   



Глава 27. Взвейтесь соколы орлами. Война (продолжение)

<< к главе 26    ... 134 > 135 > 136 > 137 > 138 > 139 >...    к главе 28 >>


- 139 -



Время: 1940 - 1941
Место: Балашиха

 



Глава Воздушные тревоги в Семейных архивах


Начались воздушные тревоги. Их объявление обставлялось довольно противно. Завывали сирены. Потом противный голос из репродуктора вещал: «Граждане, воздушная тревога. Граждане, воздушная тревога». Жители, прихватив корзинки, чемоданчики и баульчики с документами, деньгами и самыми-самыми ценными вещами, отправлялись в бомбоубежище. А те, кто должен был по расписанию дежурить на чердаках, отправлялись на свои посты. Часа через два-три репродуктор в убежище возвещал: «Отбой воздушной тревоги. Отбой воздушной тревоги». И все возвращались по домам. Выяснялось, что на этот раз тревога была учебной.

Появились первые люди, видевшие сражения собственными глазами. Отец нашей одноклассницы, Музы Лесниковой, был в командировке в Западных областях Украины, и возвращался уже вместе с нашими отступающими войсками. Так что картину отступления он видел своими глазами. То, что он рассказывал, совершенно не походило на тот сценарий войны, который мы себе представляли.

Ровно через месяц, 22-го июля, тревоги перестали быть учебными. Немцы начали налеты на Москву. Мне довелось видеть немецкие самолеты. Как говорили, наш поселок (состоявший из белых зданий) служил для лётчиков хорошим ориентиром. Но нас они не бомбили, а делали здесь какой-то разворот и шли дальше. По небу шарили прожектора, стреляли зенитки. Иногда в перекрестия прожекторов попадал самолет, и видно было, как он пытается из него выйти. Это я наблюдал в одну из ночей, когда дежурил в штабе ПВО и бегал в качестве посыльного, закрыв голову противогазом. Мне не было страшно, во всяком случае я этого не помню, но не было и особенно весело. Стояла чудесная летняя ночь, разливался запах ночной фиалки, а в небе летали немецкие самолеты и стреляли зенитки.

Во время налётов кругом сыпалось много зенитных осколков. Мы их собирали и это были наши трофеи.

В середине августа папа сказал, что пантовая лаборатория, которая была основным местом его работы, эвакуируется на Алтай. И что мы эвакуируемся вместе с ней.

Эвакуация проходила неспешно. Мы собрали вещи. Я думаю, что захватить с собой мы смогли практически всё, кроме мебели и книг, конечно. А мягкие вещи были упакованы в несколько тюков. Эти вещи нас потом здорово выручили.

Наконец, мы отправились пассажирским поездом на восток. В пути было небольшое приключение. Между Муромом и Арзамасом поезд остановился и было объявлено, что неподалеку высадился немецкий десант, и что всех пассажиров, имеющих оружие, просят собраться у такого-то вагона. Потом все куда-то побежали, потом где-то постреляли, а потом поезд поехал дальше.

И вот поезд наш идет на восток. Детство кончилось, началась тревожная юность.






 

Рассказ о воздушных тревогах в Записках



 
 


Rambler's Top100

Adv: Moscow bookkeeping