MyBio.ru

семейные архивы


контакты

Валерий Митюшёв. Записки обыкновенного человека

Том первый > Предки и родственники > Тугариновы. Тётя Вера


 

                   



Глава 5. Тугариновы. Тётя Вера (продолжение)

<< к главе 4    ... 18 > 19 > 20 > 21 > 22 >...    к главе 6 >>


- 20 -



Время: нач. XX–нач. XXI вв.
Место: Москва

 



Глава: Овчинские в Москве


А постоянная любовь, практически вторая семья, у него образовалась в Тушине, где у него родился сын Андрей. В начале это было, конечно, очень тяжело переживаемым событием, но потом мы привыкли, и тетя Вера уже принимала Андрюшку у себя дома. Более того, когда тушинская жена Василия Александровича (которую тоже звали Верой) долго болела и была в больнице, Андрюшка жил у тети Веры. Я хорошо помню эту квартиру, ее дух, потому что, кроме постоянных жителей, там все время были какие-то гости, останавливались проезжие родственники, знакомые, дом был гостеприимный, открытый. Тетя Вера работала по своей прежней специальности кассиром в гастрономе на Лубянке – известном «НКВД-вском» гастрономе.

Девочки подрастали, я был больше дружен с Любой. Вероника немного сторонилась малышни, а на Любу меня очень часто оставляли. Я бегал, играл во дворе с ее компанией, и был хорошо знаком с ее одноклассниками по школе у Сухаревки. Школа находилась за кинотеатром «Форум», и Любины одноклассники тоже постоянно были на Неглинной, а также на даче в Серебряном бору. Дачу от Мосдачтреста в Серебряном бору дядя Вася получал ежегодно; я имею в виду в довоенное время.

Среди прочих мальчишек и девчонок в Любиной компании был такой Сема Овчинский. Еврейский мальчик, очень хорошо физически развитый, очень энергичный. Он был прекрасный гимнаст, прекрасный пловец, отлично играл в волейбол. Ну, и у них с Любой со школьных лет возникла любовь - и продолжалась эта любовь до самой смерти.

Началась война. Я не знаю, где был Василий Александрович, а тетя Вера с девочками и с Юлией Ивановной эвакуировались в городок Дзержинск под Горьким. Где-то в начале 1943-го года они из эвакуации вернулись. Правда, Вероника еще долго оставалась жить и работать в Дзержинске.

Еще до войны обе девочки кончили школу и поступили в институты. Вероника поступила в авиационный институт. Тогда вообще авиацией все очень увлекались, и Вероника не была исключением. Она и с парашютом прыгала и на планере летала. А Люба поступила в Бауманский. Во время эвакуации Вероника учебу прекратила, и восстановилась, уже вернувшись из Дзержинска что-нибудь году в 1945-м. У Любы же перерыв был недолгий, поэтому она в 1944-м году, по-моему, институт закончила.

Семен Овчинский с детства прекрасно знал немецкий язык, потому что в доме у них говорили на идиш. И во время войны он служил переводчиком, прошел всю войну, а в 1944-м году он приехал в отпуск. Это событие я очень хорошо помню, потому что он приехал в отпуск - и они с Любой поженились. После женитьбы он снова уехала на фронт. А Люба переехала в Яковлев переулок, у Курского вокзала, к родителям мужа. Отец Семена, Самуил Овчинский был ювелир, и их семья считалась весьма состоятельной. Надо сказать, что интересной была реакция на свадьбу родителей Любы. Тогда национальный вопрос воспринимали довольно спокойно. Считалось, что все люди – просто люди. Проявление какого-либо национализма было просто неприличным для интеллигентного человека. Партия проповедовала интернационализм. Так что когда такой партиец, как Василий, оказался очень огорчен, что дочь выходит замуж за еврея - всеми окружающими это воспринималось достаточно странно.






 

Рассказ об Овчинских в Семейных архивах



 
 


Rambler's Top100

Adv: Moscow accounting service