MyBio.ru

семейные архивы


контакты

Валерий Митюшёв. Записки обыкновенного человека

Том второй > Эвакуация > Друзья-товарищи


 

                   



Глава 30. Друзья-товарищи (продолжение)

<< к главе 29    ... 152 > 153 > 154 > 155 > 156 > 157 > 158 >...    к главе 31 >>


- 158 -



Время: 1941 - 1943
Место: Ойротия, Горно-Алтайск

 



О революционных именах, таких как Октябрина, Владилен, Большевик


Я рассказал здесь только о четверых своих одноклассниках, которые были мне наиболее близки и о жизни которых после эвакуации я что-нибудь знаю. Остальные же соученики навсегда остались для меня шестнадцатилетними. Многих уже и не помню. Были, например, два Славки: Ярослав Ванин и Мечислав Плютинский. Слава Ванин, с которым мы дружили, приехал с Мичуринским институтом. После эвакуации они вернулись в Воронеж. В 44-м он ушел в армию, и больше о нём я ничего не знаю. Слава Плютинский был родом ссыльных - еще в 19-м веке - поляков. После войны он учился в Москве, здесь же впоследствии и работал.

Раза два мы после с ним виделись, но прежняя дружба уже как-то не вернулась. Некоторые одноклассники запомнились благодаря их редким именам, которые, особенно в провинции, в своё время любили давать в честь советской власти. Кроме упоминавшегося Виленина Таушканова и Владилена Милонова был еще Виленин Голиков, Вилька. Но это ещё куда ни шло. А вот, например, был Юра Кистенев, но Юркой его звали в обиходе. А по документам его имя было Большевик, Большевик Петрович Кистенев. Самое интересное имя было у одной девочки, которую кто-то звал Риной, кто-то звал Ривой. Когда я пытался выяснить её настоящее имя, то оказалось, что Рина - это Октябрина. А почему тогда Рива? А потому что - Революция. Поскольку полное ее согласно метрике было - Октябрьская Революция. Нашему поколению любили давать революционные имена.






 

Практика революционных имён. Владилен, Большевик, Октябрина...



 
 


Rambler's Top100

Adv: Book-keeping service : Moscow