MyBio.ru

семейные архивы


контакты

Валерий Митюшёв. Записки обыкновенного человека

Том первый > Детские годы > Мое любимое занятие - чтение


 

                   



Глава 24. Мое любимое занятие - чтение  

<< к главе 23    ... 122 > 123 > 124 >...    к главе 25 >>


- 122 -



Время: 1935 - 1940
Место: Балашиха

1935, Балашиха

1935, Балашиха

Повесть Валерия Митюшёва (начало)

Повесть Валерия Митюшёва (начало)

Повесть Валерия Митюшёва (продолжение)

Повесть Валерия Митюшёва (продолжение)

Дневник Валерия Митюшёва, 1940-41

Дневник Валерия Митюшёва, 1940-41

Дневник (стр. 1), 1940

Дневник (стр. 1), 1940

Дневник (стр. 2), 1940

Дневник (стр. 2), 1940

Дневник (стр. 3), 1940

Дневник (стр. 3), 1940

Дневник (стр. 4), 1940

Дневник (стр. 4), 1940

Дневник (стр. 5), 1940

Дневник (стр. 5), 1940

Дневник (стр. 6), 1940

Дневник (стр. 6), 1940

Дневник (стр. 7), 1940

Дневник (стр. 7), 1940

Дневник (стр. 8), 1940

Дневник (стр. 8), 1940

Дневник (стр. 9), 1940

Дневник (стр. 9), 1940

Дневник (стр. 10), 1940

Дневник (стр. 10), 1940




Журналы Пионер, Костёр, Тридцать дней


В пять лет я уже бегло читал. Читал много, читать мне было интересно. Кроме того, это было той нишей, где я мог чувствовать себя среди сверстников «первым парнем на деревне» - в отличие от подвижных игр.

Обстоятельства способствовали этому моему пристрастию. Мама заведовала читальным залом институтской библиотеки, все сотрудники библиотеки меня хорошо знали и я имел практически свободный доступ ко всем библиотечным фондам. Особенным моим вниманием пользовались энциклопедии. В библиотеке было два издания энциклопедии: энциклопедический словарь Граната и энциклопедия Брокгауза и Эфрона. Кроме целевого поиска информации, я любил взять наугад любой том и не спеша его просматривать, читая заинтересовавшие меня статьи. В библиотеке были, конечно, и Большая советская энциклопедия, и Сельскохозяйственная энциклопедия, и еще кое-какие - но они мне были как-то менее интересны. Больше всего запомнился Брокгауз и Эфрон.

В читальном зале я регулярно просматривал свежие газеты и журналы. Толстые журналы мне не очень запомнились, а вот «Огонек», «Вокруг света», «Тридцать дней» я не пропускал ни одного номера. Дома мне выписывали подростковые журналы «Пионер» и «Костер» - первый московский, а второй ленинградский - и газету «Пионерская правда». Из публикаций в этих журналах мне особенно запомнились «Два капитана» Каверина, которые печатались в «Костре» (а может, в «Пионере»). Так как журнал этот был ежемесячный, то в течение месяца очередная часть романа перечитывалась неоднократно и подробно обсуждалась с теми сверстниками, которые тоже его читали. В итоге, «Два капитана» очень хорошо мне запомнились. В «Пионерской правде» печатался - тоже с продолжениями - роман Алексея Толстого «Гиперболоид инженера Гарина». Там же, в «Пионерской правде», я с удовольствием прочитал «Тимура и его команду» Аркадия Гайдара. Тогда только что вышел роман Алексея Толстого «Петр Первый». Я увидел его в комнате у комплектатора библиотеки Полины Семеновны, когда она привезла его из коллектора вместе с очередной большой партией новых книг. Полистав его, я так увлекся, что прочитал роман еще в комнате у Полины Семеновны - до того, как она его обработала и он поступил на полки библиотеки.






 

Рассказ о чтении: журналы Костёр, Тридцать дней, Пионер



 
 


Rambler's Top100

Adv: Moscow accounting reports service