MyBio.ru

семейные архивы


контакты

Валерий Митюшёв. Записки обыкновенного человека

Том первый > Детские годы > Профессорский корпус


 

                   



Глава 21. Профессорский корпус (продолжение)

<< к главе 20    ... 100 > 101 > 102 > 103 > 104 > 105 > 106 > 107 > 108 > 109 >...    к главе 22 >>


- 102 -



Время: 1935 - 1940
Место: Балашиха

 



Глава Генетик Пётр Фёдорович Рокицкий


Спускаемся на первый этаж. Под Лаукки была квартира профессора Азимова. Зимой там с ним жили только его родители – два старых еврея, плохо говоривших по-русски - а летом жило все семейство: и жена и двое сыновей - Юрка и Левка. Левка был 1925-го года, а Юрка года на два-три постарше. Помню, как я первый раз увидел Левку Азимова. Иду я к себе домой, а на крыльце сидит жирный кудрявый парень и плачет. Я спрашиваю:

- Чего ты плачешь?

- Они мне дали сметану, а она ки-ислая…

Вот так он в моей памяти и остался. Говорят, что и Лева, и Юра погибли во время войны.

Во втором блоке этой квартиры в 1938-м году поселился Рокицкий Петр Федорович - профессор, заведующий кафедрой генетики. Мужчина не очень крупный, с бородкой. Его жена Татьяна Ивановна, наоборот, был дама крупная и существенно его моложе. Имелась дочка Ниночка лет шести. Татьяна Ивановна кончала Иняз, но после окончания работать не пошла. Поэтому она обратилась к моей маме с такой просьбой: «Можно я буду учить вашего Валерия английскому языку? Разумеется, бесплатно: мне нужна хоть какая-то практика». Мы подумали и согласились. И я стал три раза в неделю посещать квартиру Рокицких. Татьяна Ивановна учила меня не по школьным учебникам, а по каким-то другим пособиям. Значительное внимание уделялось фонетике. Мы читали в основном неадаптированную «Алису в стране чудес» и разбирали разные языковые тонкости. Не берусь судить, насколько этот способ обучения считается методологически верным, но так или иначе я два года занимался языком, что, собственно, и заложило основы моего знания английского. В войну Рокицкие вместе с институтом эвакуировались в Самарканд, а, по возвращении, Петр Федорович продолжал работать в институте до 1948-го года, до печально знаменитой сессии ВАСХНИЛ, которая разгромила генетику, не оставив от нее камня на камне. Естественно, что после этой сессии ВАСХНИЛа Рокицкого из института уволили. Он пошёл работать учителем биологии в среднюю школу на соседнем «Сто двадцатом заводе», но и там через какое-то время родительский комитет запротестовал: как может учить наших детей махровый вейсманист-морганист-менделист. Его уволили и из школы. В итоге Рокицким пришлось уехать на Урал, где Петр Фёдорович работал чучельником в каком-то заповеднике до тех пор, пока генетика не была реабилитирована. К тому времени Татьяна Ивановна умерла. А уже где-то в 80-е годы мне в руки попался учебник по молекулярной генетике Рокицкого, изданный в Минске.






 

Рассказ о генетике Петре Федоровиче Рокицком до и после сессии ВАСХНИЛ



 
 


Rambler's Top100

Adv: Accounting reporting consulting : Moscow